Биографию любого человека составляют его дела, поступки. Поступки и дела, по В.Г. Белинскому, определяются воспитанием и, не в последней степени, требованиями жизни. Можно дожить до глубокой старости, а биографии, как таковой, не нажить -- так себе, отдельные моменты судьбы, интереса к которым не проявит никто. Был человек -- и нет его, как бы и не было.
Не такую жизнь избрала себе когда-то Любовь Александровна Мещерякова (Моор). Она не могла быть равнодушной к людской горечи и печали, душой радела за общественные дела, не уходила в сторону от острых, проблематичных вопросов.
Всё это она унаследовала от своих родителей – матери Октябрины Ивановны и отца Александра Андреевича. О матери достаточно сказать, что она Почётный гражданин (житель) села Поддубровного, а отец более десятка лет избирался секретарём первичной партийной организации, являлся депутатом местного Совета многих созывов. Он очень много сделал для родного села и хозяйства. Будучи главным агрономом колхоза имени Ленина, Александр Андреевич полностью отдавал себя производству, не зная, как говорится, ни сна, ни покоя. Его любовь к земле, и к тому, что растёт на ней, не ограничивалась одним выращиванием хлеба, что само по себе уже свято. Он был выше этого. Александр Андреевич по собственной инициативе заложил колхозный сад, за которым лично ухаживал, и который впоследствии давал неплохие яблочные урожаи; был у него сад и на личной усадьбе, где он проводил различные ботанические эксперименты и исследования. Его неутомимая работа во многом способствовала распространению интереса к садоводству у своих односельчан. И по ныне ещё сохранились частично плоды его труда, как на селе, так и на кооперативных полях. Занимался он и пчеловодством, для которого разводил (закупал) донник, клевера, другие виды многолетних трав, пользой от которых делился опять же с земляками. Словом, это был человек незаурядной натуры.
Кипучую деятельность отца Люба воспринимала каждой частичкой своей души, невольно заражаясь ею. Она днями находилась с ним на полях во время посевной кампании, заготовки кормов, уборки урожая, вместе с ним проникаясь верой в то, что хлеборобский труд – самый трудный, но самый главный и нужный людям. Поэтому, когда она окончила среднюю школу – было это уже после смерти отца -- для неё не стоял вопрос в выборе будущей профессии. Вчерашняя школьница успешно поступила в Тюменский сельскохозяйственный институт, чтобы стать как папа учёным агрономом. Сама она рассказывала об этом периоде жизни так:
-- Семья у нас была большая, и старшей из детей в ней была я, а потому и обязанности были особые – во всём помогать родителям. Наверное, поэтому у меня рано проявилась самостоятельность в поступках. Взять хотя бы тот же институт – мне пророчили другой вуз, но я поступила по-своему…
Училась Люба легко, с охотой, учёбу завершила с грамотой, в 1972 году вернулась в родное село, в хозяйстве была назначена на должность агронома. Трудилась на «два фронта»: и для колхоза, и для семьи (на последнем курсе вышла замуж за местного парня, родила сына). И, наверное, так бы и работала, да «сосватали» её в совхоз «Коточиговский», огромное по тем временам хозяйство. Здесь она занималась растениеводством (старший агроном) почти пять лет, набиралась знаний и практического опыта под руководством прекрасного знатока земли, главного агронома Фёдора Ильича Бабушкина.
В 1979 году Любовь Александровна Моор вернулась в колхоз имени Ленина, где её назначили главным агрономом хозяйства – очередной самостоятельный этап в жизни молодого специалиста, наиболее содержательный и интересный, дающий право проявить себя настоящей хозяйкой полей и лугов. И этот хозяйский подход к порученному делу, похоже, ей вполне удался. Обратимся к цифрам. Если, к примеру, в десятой пятилетке (именно пятилетками измерялись трудовые планы при социализме – авт.) урожайность зерновых и зернобобовых культур по колхозу составляла только 15,3 центнера с гектара, то в одиннадцатой он вырос до 20,9, а в 1986 году достиг 24,9 центнера с каждого гектара. Естественно, увеличился и валовой сбор хлеба, и его реализация государству.
Успехи в полеводстве Любовь Александровна объясняла так:
-- Здесь решающую роль, конечно, сыграли качественная обработка земли, наиболее оптимальный севооборот и внесение удобрений: за последнее время пашня получила почти 200 тысяч тонн органики и 4340 -- минеральных удобрений. Это, естественно, и принесло успех. Но особо нужно отметить добросовестную, самоотверженную работу механизаторов – это поистине мастера своего дела, костяк всего хлебопашества.
Л.А. Моор всегда с большим уважением, можно сказать, с любовью относилась к простому рабочему люду – трудягам, как выражалась она. «Мы без них, что ноль без палочки», --смеялась Любовь Александровна.
Уже в те времена, располагая такими кадрами трактористов, шоферов, комбайнёров главный агроном позволяла себе строить планы о гарантированных урожаях – до 30 центнеров зерна на круг и выше. Разумеется, что для этого нужно было довести внесение удобрений до обоснованного количества, усовершенствовать технологию производства, поставить его на более скоординированную ступень. Это было совершенно новое дело в полеводстве, но она его не боялась, видя в этом перспективу развития родного хозяйства и воплощение своей мечты.
Нельзя сказать, что в ту пору, пору заката социализма, как выяснилось чуть позже, агроном была против расширения посевных площадей, которым увлекались многие специалисты.
-- Всю землю не распашешь, наша ставка – на её плодородность, -- отстаивала Любовь Александровна отцовское и своё понимание агрономии везде и в любой аудитории. – Правильный путь – повышение урожайности через коренное улучшение обработки почвы. Имей в обороте хоть десять тысяч гектаров пашни, но если каждый из них даёт по 10-15 центнеров зерна, для хозяйства – это сплошные убытки.
…В 1986 году в жизни Л.А. Моор произошло важное событие: в апреле бюро Викуловского РК КПСС рекомендовало коммуниста Моор председателем правления колхоза имени Ленина; общее собрание колхозников поддержало её кандидатуру.
-- Если честно, то не ожидала она такого поворота судьбы, -- делится воспоминаниями муж Любови Александровны Аркадий Александрович. – Переживала очень – не справится вдруг, бессонницей мучалась, всхлипывала ночами тихонько, нервничала. Успокаивал, конечно, как мог…
А на дворе уже «фанфарили» гласность, перестройка, позывные демократии, открытого рынка, инвестиций и т.д. Воспитанная на примерах отца и в духе социалистического коллективизма, Любовь Александровна с большой осторожностью относилась к нововведениям в стране, к политике в деревне в частности.
Помню, как-то в минуты откровения она призналась: «На словах – это всё хорошо, но подожди, поверь моему слову – это будущий крах сельского хозяйства. Без плановой политики и государственного финансирования мы сгинем в одночасье». Как близка была она к истине.
Единственное, к чему прислушалась и отнеслась с пониманием, как специалист-аграрий, -- это работа по единому наряду и система хозрасчёта. Только это она считала реальностью.
В данной ситуации, когда правительство страны, стараясь перестроить всё производство, в том числе и сельскохозяйственное, на западный манер, чтобы выжить, считала руководитель, нужно очень тонко чувствовать обстановку, обладать ею, как говорится, держать руку на пульсе.
-- Только и это вряд ли поможет: развалить любой коллектив просто, а создать что-то подобное на новом пустом месте, будь у тебя хоть семь пядей во лбу, ох, как трудно, -- высказывала своё мнение о перестройке села Л.А. Моор.
Прошло совсем немного времени, и слова Любови Александровны подтвердились: колхозы, совхозы стали «сыпаться», как карточные домики в бурю, оставляя после себя пустоту, в лучшем случае – малочисленные общества и кооперативы, которые также, не выдержав экзамена на прочность, распадались.
Исчез с карты района и любимый, дорогой её сердцу колхоз имени Ленина, оставив в душе председателя лишь воспоминания да неизгладимую горечь утраты. Уже позже, когда она до выхода на заслуженный отдых (2005 год), работала вторым заместителем председателя Викуловского райсовета, председателем комитета по земельным реформам, Любовь Александровна постоянно ловила себя на мысли, что не успела сделать в своей жизни всего того, что было задумано. Да, были и любящий муж, и любимые дети, и милые, ненаглядные баловни-внуки, но таилось все эти годы где-то в подсознании некое чувство вины за свершившееся в деревне, за её народ, брошенный на выживание у «разбитого корыта». Чувство неудовлетворённости и безысходности, с которыми бесполезно было что-либо сделать.
…Любовь Александровна Моор рано ушла из жизни – в 62 года, единственная и уже, увы, неповторимая женщина-председатель колхоза имени Ленина, оставившая после себя немало добрых дел на родной земле.
На снимке: Л.А. Моор
Фото из семейного альбома