Медиакарта
12:14 | 25 мая 2018

Погода в Тюмени °С

Портал СМИ Тюменской области

На память и на совесть

00:00 | 31 октября 2017

30 октября во двор бывшего здания тюменского НКВД, что расположен на улице Семакова, 18, Любовь Николаевна Викулова приходит каждый год, если позволяет здоровье. В 11 часов здесь проходит митинг, посвящённый памяти жертв политических репрессий.

Ее матери Евдокии Ивановне Худяковой и отцу Николаю Федоровичу Гузёмину, можно сказать, повезло: их реабилитировали еще при жизни. А вот дедушка и бабушка не дожили до этого дня. Как рассказывает Любовь Николаевна, семью сослали далеко за Ханты-Мансийск в конце 30-х годов.

Сегодня ей, внучке и дочери, горько думать о том, какие беды пережили ее предки:

— Жаль их… наши родители прожили очень тяжелую жизнь, их высадили на голый берег, потом, когда они построили там поселок своими руками, его назвали Урман… А был только лес… Мама долго не рассказывала о своей жизни, потом уже понемногу, когда мы сами стали спрашивать…

Елена Александровна Бухнер — учитель биологии школы № 22 и классный руководитель 8 «А» класса. На митинг она пришла вместе со своими учениками (правда, не все они смогли внятно объяснить, по какому поводу в этот промозглый день у памятного камня собрались люди с гвоздиками и свечами в руках):

— Дети должны знать историю: не только красивые победы, но и те страницы, за которые нам сегодня должно быть стыдно. Мы должны научить детей извлекать уроки из таких событий, чтобы впредь не допустить подобного. Важно научить их пониманию того, насколько ценна человеческая жизнь, как она хрупка. И школьники должны знать, что героями могут быть не только люди с гордо поднятой головой, но и маленькие, хрупкие, но очень крепкие духом. На примере их, сильных духом людей, мне кажется, и надо воспитывать сегодня детей. Ведь впереди у них большая жизнь, много трудностей…

К тому же история моей семьи тоже связана с этой датой. Родственники мужа — это репрессированные поволжские немцы. Их переселили в Новосибирскую область: высадили посреди леса, и с маленькими детьми на руках они должны были как-то выживать, не имея ни-че-го… Но семья Бухнер выжила, правда, тех, кто помнит те страшные времена, осталось мало… Поэтому память храним мы, потомки. А родственники с моей стороны — из Уватского района, они были раскулачены. И жили среди переселенцев, видели, как тяжело было людям — литовцам, латышам, эстонцам, чувашам… Очень много интеллигенции, которая и поднимала образование в Уватском районе… В селе, где жили мои бабушка и дедушка, тоже были переселенцы, которые работали на шпалозаводе — рубили лес, изготавливали шпалы… Я была маленькая, но помню, в каких условиях они жили…

Член Общественной палаты Тюменской области, историк, краевед Александр Петрушин приходит во двор «тюменской Лубянки» с 1999 года:

— Сегодня вдвойне памятная дата: 1937 год — самый пик массовых репрессий собственного народа. Для меня значимо, что в этом году в Москве на пересечении улиц академика Сахарова и Садового кольца наконец-то открыли всероссийский мемориал «Стена скорби» — мы долго его ждали. По инициативе Музея истории ГУЛАГа территория вокруг этого мемориала вымощена камнями, привезенными с мест массовых захоронений, бывших лагерей и тюрем ГУЛАГа. Мы тоже отправили сохраненные мною несколько кирпичей из стен здания тюменского НКВД. Из этих кирпичей был выложен мемориальный знак на месте массового захоронения на улице Полевой. Хочется надеяться, что «Стена скорби» выразит чувства всех неравнодушных к своей истории граждан.

Сегодня, к сожалению, растет число тех, кто оправдывает сталинские репрессии. Я уверен: этим чудовищным преступлениям против человечности нет никаких оправданий. И забвения нет. В чем причина такого отношения? В незнании истории своей страны! Поэтому надо об этом говорить. Хочется верить, что мемориал будет таким напоминанием. Не зря на стенах написано всего одно слово: «Помни». Вот это самое главное.

Официальная политика сегодня направлена на примирение. Вы, наверное, слышали, что 4 ноября в Севастополе открывается мемориал «Примирение»: с одной стороны — белогвардейский поручик, с другой стороны — красный командир. Я сторонник того, чтобы эти политические силы примирить. Хватит делиться на белых и красных, они каждый по-своему хотели счастливой России и боролись за это. Но я бы поставил между ними фигуру Максимилиана Волошина, который сказал:

«А я стою один меж них

В ревущем пламени и дыме

И всеми силами своими

Молюсь за тех и за других».

Александр Антонович напомнил: В Тюменской области к 2000 году реабилитировано 22 тысячи человек. Реабилитация продолжается и по сей день — по линии УМВД. В Омской области, включая и нашу Тюменскую, расстреляны больше 14 тысяч человек. Если брать только нынешнюю Тюменскую область — примерно 7 тысяч 200. В Тюмени — около 1,5 тысячи человек. По данным областного департамента социального развития, в настоящее время в Тюменской области 7,5 тысячи реабилитированных и лиц, признанных пострадавшими от политических репрессий.

Прозвучали на митинге и другие цифры: только за один год, с 1 августа 1937 года по 17 ноября 1938 года, были арестованы более 1 миллиона 600 тысяч человек. 681692 человека — расстреляны…

Почти каждый из выступающих в этот день на митинге заканчивал свои короткие обращения к собравшимся пожеланиями не только здоровья, но и — крепкой памяти. Читая информацию об открытии «Стены скорби» в Москве, я натолкнулась на чьи-то размышления о том, что сегодня такой мемориал нужен больше не для памяти, а — для совести.

Александр Петрушин соглашается:

— Для совести, да. Хорошо сказал недавно выступавший на Губернаторских чтениях доктор исторических наук Александр Миллер: «Чтобы воспитывать новое поколение, нужны не только знания, а — совесть». Вот если мы воспитаем совесть и стыд перед содеянным…

Фото Сергея Киселёва.

Автор: Валерия Кабакова