Медиакарта
9:51 | 24 августа 2019
Портал СМИ Тюменской области

Мастер и его дело

Мастер и его дело
11:51 | 06 декабря 2010

О Геннадии Кривошеине, знаменитом косторезе, патриоте и человеке

28 ноября исполнилось 75 лет со дня рождения знаменитого тобольского костореза, члена Союза художников РСФСР, лауреата премии имени Ильи Репина, одного из талантливейших мастеров, работавших в тобольском косторезном промысле - Геннадия Георгиевича Кривошеина. А знаете ли вы, что связывало его с Тобольским районом?

Анализируя опубликованные ещё в ХХ веке во всесоюзных, областных и местных периодических изданиях материалы о Г. Г. Кривошеине, а также сопоставляя их с рассказами младшей дочери Светланы, воспоминаниями его учителей и коллег, автор этих строк невольно пришёл к выводу, что в биографии кудесника-костореза Геннадия Кривошеина осталось достаточно белых пятен. О чём-то в 70-80-х годах прошлого века писать было просто нельзя, что-то предпочитали завуалировать или «замолчать». Но тем интересней для ценителей таланта Геннадия Георгиевича узнать неизвестные подробности из жизни художника.

В 1996 году одна из областных газет писала о Геннадии Георгиевиче: «Воспитывался в детдоме. Был сиротой, пришёл на фабрику с маленьким чемоданчиком…», не упоминая о месте его рождения. На деле же Геннадий Кривошеин сиротой никогда не был - сиротой и детдомовцем его сделало родное государство.

Геннадий родился в 1935 году в Тюмени, в семье ветеринара Георгия Кривошеина. По тем приснопамятным временам профессия ветеринара была почётной и денежной. Как следствие, Георгий Кривошеин имел недоброжелателей и завистников. Кто-то из них написал на удачливого ветеринара донос в НКВД. Отец не стал дожидаться ареста и, бросив семью на произвол судьбы, бежал куда глаза глядят.

А в мае 1942 года, когда вся страна ломала хребет фашизму, шестилетнего Гену вместе с другими детьми попавших в немилость государства граждан гнали босыми пешком из Тюмени в Ивановский интернат. Потом местом его пребывания станет интернат села Абалак.

Спустя годы, когда о самобытном художнике Кривошеине стала писать всесоюзная пресса, объявился и его отец. Георгий Кривошеин написал сыну на адрес Тобольской косторезной фабрики из Красноярска. Но сын помнил, как сбежал отец, бросив мать и его, малолетнего. Помнил, как хлебнул он лиха не по своей вине. И не ответил отцу, так и не простив его.

Именно в Ивановском интернате Геннадий стал рисовать. Увы, но история не сохранила имя первого учителя рисования, который привил репрессированному подростку тягу к прекрасному. Очень скоро Гена был признан лучшим художником интерната и постоянно оформлял стенгазету.

6 августа 1952 года в возрасте 16 лет Геннадий Кривошеин пришёл на работу учеником в косторезную артель, позднее ставшую Тобольской фабрикой косторезно-художественных изделий, там он проработал до 20 января 1993 года.

О первых годах работы Геннадия вспоминает его друг и учитель Н.С. Гореликов: «В творчестве он пошёл дальше меня, и осознавать это было всегда естественно. Учился он не только у меня, учился жадно, схватывал, ловил каждое слово…».

Несомненно, Геннадий Кривошеин принадлежал к числу тех мастеров, на ком, как говорят, лежит печать Божия. Ведь уже через два года его работы выставлялись на выставке «ЭКСПО» в Монреале (Канада). А Геннадий уходит в армию, где он прослужил три года. В годы службы в рядах Вооружённых Сил СССР Геннадий Георгиевич работал с бивнем мамонта и создал такие миниатюры, как «Вещий Олег», «Руслан и Черномор», «Фехтовальщица», «Данко». Эти работы хранятся в Музее изобразительных искусств Тюмени. В 1955 году солдат был награждён Почётной грамотой ЦК ВЛКСМ.

Отслужив, он вновь вернулся на родное предприятие, совершенствовал технику резьбы, продолжал учиться у коллег-мастеров.

Ранние работы Геннадия Кривошеина относятся к концу 50-х годов прошлого века. Тогда, продолжая традиции русского искусства второй половины ХХ века, к произведениям из кости мамонта или зуба кашалота косторезы подходили как к станковой скульптуре - бытовые сюжеты, исторические, сказочные композиции. Но эти работы дали молодому художнику прекрасную возможность освоить каноны классического искусства, законы построения человеческого тела. На примере ранних работ Геннадия Георгиевича можно убедиться, что его миниатюры из кости свободны от официоза, помпезности. Персонажи несут на себе точный отпечаток времени, выявляют художественную наблюдательность молодого мастера.

В 1959 году Геннадий Кривошеин, выступавший в городском самодеятельном танцевальном коллективе, познакомился с девушкой – Алевтиной Зиновьевой, она работала на ковровой фабрике. Спустя год молодые поженились, и Геннадий переманил свою супругу работать на косторезную фабрику.

С 1960-х годов в тобольской резной кости, как и во всём советском искусстве, резко меняется стилистика. Произведения становятся обобщёнными, лаконичными, большое значение придаётся декоративному решению. Основной темой этого времени становится северная - изображение жителей коренных народов Севера. Кривошеин создаёт свои знаменитые работы - «Чаепитие», «Два рыбака с большой рыбой».

Геннадий Георгиевич в каждой работе давал волю своему чувству прекрасного, но знал, где надо остановиться, знал меру и достигал совершенства. И в этом – истинное благородство художника. В своих работах он не стремился удивить, не рассчитывал на внешний эффект. Он - зрелый мастер. Особая сосредоточенность на чувстве пластики материала, его выразительных свойствах - это принцип Геннадия Кривошеина. И до него в Тобольске были прекрасные мастера, но, возможно, никто так совершенно не чувствовал со всей чёткостью материал, не владел пластическим языком, мастерством раскрытия образа в рамках избранного мотива, идеи, материала.

В семье друг за дружкой родились три дочери: Ольга, Татьяна, Светлана, а чуть позже - сын Виктор. А Геннадий Георгиевич и Алевтина Фёдоровна начали творить вместе. И этот семейный и творческий союз стал приносить свои плоды.

В 1964 году Геннадий Кривошеин принимает участие в первой зональной выставке «Урал социалистический». С этого же года его произведения экспонируются на всех республиканских выставках. Его работы есть в коллекциях Государственного Русского музея народного искусства, Государственного исторического музея, музеев изобразительных искусств Екатеринбурга, Тюмени, Тобольского музея-заповедника, Бухареста, Праги, множестве зарубежных частных коллекций. Он участник десятков выставок, из них семидесяти - зарубежных. В 1965 году Геннадия Георгиевича принимают в члены Союза художников РСФСР.

Такие успехи и творческий прорыв были невозможны без поддержки супруги и доброго отношения в семье. Вот как рассказывает об отношениях родителей младшая дочь Светлана Бердникова: - Мама была не только хорошей хозяйкой и прекрасно готовила, она играла на гармошке и сама сочиняла музыку. Папа писал стихи. Они и работали вместе, вместе с нами отдыхали и в Тобольске, и в Абалаке, где папа любил укрыться от городской суеты и поработать на свежем воздухе. Дома всегда было весело, душевно и уютно. И у нас, трёх сестёр и младшего брата, перед глазами долгие годы был пример идеальной семьи, где взаимоотношения построены на любви и уважении друг к другу.

Талант Геннадия Георгиевича продолжал удивлять и радовать. В 1970 году Кривошеин был награждён медалью «За доблестный труд», а в 1971-м - орденом Трудового Красного Знамени. Он становится лауреатом премии имени Репина, и ему присваивается звание «Мастер «Золотые руки». А в 1979 году Геннадия Кривошеина назначают главным художником фабрики. В 1981 году за вазу к 70-летнему юбилею Тодора Живкова, Генерального секретаря ЦК КПБ, Председателя Совета Министров Народной Республики Болгария (НРБ), автора крылатой фразы: «Как так - Россия будет не успевать? Да у них там полезных ископаемых больше, чем в таблице Менделеева!», он был награждён медалью НРБ «За много добра работа».

Но вот какой любопытный факт мы обнаружили, разбирая архив художника. Ещё 18 ноября 1976(!) года Геннадий Георгиевич сдаёт на временное хранение в Тюменский областной краеведческий музей Почётную грамоту ЦК ВЛКСМ (1955 г.), памятную медаль с выставки «Советская Россия», Почётный диплом (1968 г.), знак «Мастер «Золотые руки» (1976 г.), диплом «Мастера высшего класса» (1974 г.), Почётную грамоту Министерства местной промышленности РСФСР (1974 г.), удостоверение и бронзовую медаль ВДНХ СССР (1968 г.).

Что это? Дань памяти городу Тюмени, в котором он родился? Но ведь как мастер высочайшего класса Геннадий Кривошеин состоялся в Тобольске, на местной косторезной фабрике! Ведь раздел «Сведения о поощрениях» в его трудовой книжке заполнен настолько, что пришлось делать специальный вкладыш.

Участник, медалист и дипломант многих выставок в стране и за рубежом, без малого 41 год отработавший на одном месте - Тобольской «косторезке», орденоносец Геннадий Кривошеин при жизни не имел ни одной персональной выставки. Как тут не вспомнить пословицу «Что имеем не храним, потерявши плачем»? Его первая, уже посмертная, выставка состоялась сначала в Тюмени, а затем уж в Тобольске. Причём ни на одной из выставок не было большой фотографии автора работ, о чём в «Книге отзывов» с тюменской выставки указывали её посетители.

Нет уже Ивановского интерната, нет и дома в Абалаке, где четыре года прожила семья Кривошеиных, куда приезжал творить Мастер. Но ведь память о человеке, который прославил свой регион, ещё можно сохранить для потомков. Ещё живы те, кто долгие годы работал рядом с Г.Г. Кривошеиным, живы его родные. Вот только кто возьмётся за это? А может быть, патриоты села Абалак, где провёл детские годы Гена Кривошеин, где научился рисовать и откуда ушёл в большое искусство?

Михаил Иванько Фото из семейного архива Кривошеиных

Теги: СЕМЬЯ