Медиакарта
16:04 | 11 апреля 2021
Портал СМИ Тюменской области

Будем помнить

Будем помнить
11:48 | 11 февраля 2011
Источник: Наша жизнь

Гранатомёта три, гранаты – в борт,
Три вспышки, пламя, дымные клубы.
Вдруг, словно оттолкнувшись от земли,
Двадцать вторая встала на дыбы…

(из книги "Афганистан болит в моей душе ...")

Рассказывать о людях, которые воевали, всегда сложно. Во-первых, это немногословные люди, во-вторых, вспоминать о войне очень больно и обидно. Больно за погибших и попавших в плен однополчан, а обидно потому, что ветераны Афганской войны нередко сталкиваются с чёрствостью и ханжеством чиновников, спрятавшихся за их спинами, а теперь рассуждающих на тему нужности и ненужности той войны. Но как бы там ни было, все «афганцы», с которыми я беседовал, согласны с тем, что люди должны знать правду о той войне.

Поэтому я решил опубликовать фрагменты наших бесед (вернее сказать, отрывки из воспоминаний моих собеседников) и не указывать фамилии тех, кто мне всё это рассказал. Из этих кусочков воспоминаний сложился такой рассказ.

– Как отправляли в Афганистан? Да очень просто. Усадили всех в кинозале и объявили, что завтра нас перебросят в Афганистан. А кто не желает быть воином-интернационалистом, тот может встать и выйти. Как ни странно, но встали два сержанта.

Один майор после каждой операции проверял все БТР, заглядывал в каждую тумбочку и, если находил там джинсы, футболки, магнитофоны или хотя бы «ногтегрызку», кричал, что мы мародёры, что за «ногтегрызку» родину готовы продать… Но как хохотала вся наша рота, когда этого же майора, выезжавшего в отпуск в Союз, погранцы поймали с двумя чемоданами «неделек» (так назывались дамские плавки по 7 штук в упаковке – прим.автора).

– Ты представляешь, Серёгу даже посмертно не наградили. Если для них не подвиг то, что Серый практически с оторванными ногами отстреливался, прикрывая наш отход … Вечная ему память!

– Этот старлей из Союза приехал такой деловой. Сделал мне несколько замечаний: «Товарищ сержант, у Вас не отделение, а одни разгильдяи с сержантом без подворотничка». А когда нас на следующий день обстреляли на дальнем рубеже, этот же старлей ко мне на четвереньках по окопу прибежал и спрашивает: «Что нужно делать, товарищ сержант?»

– Ты знаешь, его все считали везунчиком, «заговорённым», он каким-то чудом из всех передряг выходил. А тут прилетели с операции, получили письма.Он прочитал письмо, зашёл в казарму. Тут раздалась команда строиться на плацу. А его нет! Мне капитан говорит: «Быстрее позови В.». Я подбегаю к двери, и тут взрыв. Он, оказывается, лёг, положил гранату под живот и сам себя взорвал. Потом ещё много смертей видел, но такое – из-за бабы…

– Перед выездом на первую операцию мне сон приснился, будто я выглянул из окопа, а мне в лоб пуля прилетела. Утром все экипируются, а меня трясёт. Деды заметили моё волнение и говорят: «Иди к Фоме, он всем сны разгадывает».

Фома меня послушал и говорит: «Радуйся, душара, можешь в полный рост под пулями бегать, всё равно живой останешься». И точно. 23 операции – и ни одной царапины.

Пятнадцатого февраля воины-«афганцы» вновь соберутся у памятника Солдату и Матросу, где состоится митинг, посвящённый 22-ой годовщине вывода советских войск из Афганистана. После митинга глава администрации села Казанского С.Л. Черкасов приглашает их на праздник, посвящённый этой дате. Я надеюсь, что на этом мероприятии будут все воины-«афганцы» Казанского района: С.Я. Аверин, С.А. Вакорин, В.А. Гурьянов, С.А. Долгих, А.М. Кенин, Ю.П. Колесников, А.В. Кошуков, А.В. Кружков, А.Н. Макаров, Е.Ф. Мартысюк, В.Н. Панасюк, С.Н. Сазонов, М.Б. Шевелёв, Н.А. Карасёв, С.М. Чуклин, О.В. Берендеев, А.В. Горошко, В.В. Радионов, В.А. Алфёров, А.И. Бурлаков, А.А. Фелалеев, А.И. Кулигин, В.Е. Бармин, С.Л. Дуничев, Ю.Н. Поляков, А.Н. Ванеев, В.Г. Голубев, С.М. Фролов, С.В. Лысов, В.А. Мясников, Ю.Д. Руф, Н.Н. Шахалевич, В.И. Солдатенков. Все они наверняка уже прочитают эти воспоминания, и для многих это будет приятным сюрпризом.

Справедливости ради скажу, что я беседовал с большинством людей из этого списка. Но далеко не все воспоминания можно было вставить в этот рассказ. Надеюсь, ребята поймут меня правильно.

Третий тост «афганцы» по традиции выпьют молча, не чокаясь, за тех, кто не вернулся. Это Владимир Николаевич Демьянцев, Николай Михайлович Рябцев. И за тех, кто уже умер на гражданке. Это Юрий Давыдович Шмидт, Бауржан Курмашевич Шалобаев, Сергей Иванович Неживых, Юрий Александрович Желудков, Александр Николаевич Страхов.

Будем их помнить. Давайте помнить всех, кто прошёл эту войну, честно выполнил свой воинский долг и, несмотря ни на какие превратности судьбы, остаётся верным этой памяти.

Фёдор МЕДЯНКО
На снимке: Разведрота перед выездом в Панджшерское ущелье. Афганистан. 1984 год.
Фото из архива С.Н.Сазонова