Наши детки, или Документальное свидетельство из МОУ

В середине 90-х вышел фильм «Детки». Там про американских подростков, которые слоняются без дела по Манхэттену. В фильме много скандально-откровенных сцен, не удивительно, что он сразу стал популярен. Еще герои фильма что-то там такое переживали, какой-то кризис личности. Мне в мои 10 это было не понятно. Я смотрела «Деток» как порно, тайком от родителей и старших сестер.

В России что-то подобное решились снять только сейчас. Артиллерийский огонь (надо же бороться с лакированным и прилизанным телевидением) открыла Валерия Гай Германика. Сначала сняла «Все умрут, а я останусь», а потом запустила «Школу» на Первом. Кого-то от просмотра этой псевдодокументалистики тошнит, а кто-то создает фанатскую группу «В контакте». Трогает всех. Родители в панике. Дети как жили, так и живут.

Свободный диктофон: Часть 1

Старшеклассники хором говорят, что школа школе рознь. По крайней мере, у нас в Тюмени. Есть, говорят, гимназии, где все о'кей, а есть такие образовательные учреждения на городских окраинах, где все совсем наоборот.

Рита и Алена пришли к нам в редакцию вместе. Они давно дружат, только учатся в разных школах: Рита в обычной средней, Алена – в престижной гимназии.

Рита: «Обычная школа и, например, гимназия при ТГУ, лицей при нефтегазе – это совершенно разные вещи. У меня одноклассник поступил в лицей, и в плане общения он стал лучше. В школе он не мог себя в должной мере проявлять творчески, а там получил такую возможность. В нашей школе на фиг никому ничего не надо. Сегодня учителя работают ради своей выгоды. Есть, конечно, такие, старой закалки, которые денег не берут за дополнительные занятия, но в моей школе ничего бесплатно не делается». Алена: «Ну нет, у нас есть нормальные элективные курсы – подготовка к экзаменам. Они бесплатны. А брать деньги учителей вынуждают обстоятельства, наверное. Не сами же они на это идут». Рита: «Учеба сейчас занимает первое место, потому что мы готовимся к ЕГЭ. Школа, учителя, уроки у меня уже в глотке сидят, я хочу поскорее выйти на другой уровень. В универе вот все по-другому. Можно стажироваться. Я хочу за границу поехать, там поучиться».

О своем поколении рассуждали любя, но не без иронии.

Алена:«Сейчас все стремятся к независимости, к свободе. Многие хотят казаться странными. Куда не посмотри, все такие особенные. На самом деле, это как раз и есть массовость. Кругом все странные и все такие одинаковые». Рита:_ «У меня в классе много эмо. Нет, их никто не трогает. Могут что-то за спиной сказать, но в лицо не оскорбляют и не бьют». Алена: «А у меня анимэшники. Они не выделяются внешне никак, просто читают мангу»._ Рита: «Я анимэ не понимаю. Для меня это что-то порнографическое. Вот правда, заходишь в книжный магазин и там целые полки этих откровенных комиксов. Так смотришь: вот тут «Смешарики», тут – «Другое кино», а между ними на полочке – эти... голые. И так думаешь, к чему это?».

Диктофон лежал на столе. Гостьи отвечали на односложные вопросы, иногда смущаясь, но честно.

Алена: Курят сейчас по-моему, лет с 10. Пятиклассники смолят прямо на крыльце школы. У нас мальчик есть, он в 5 классе учится, так он уже и легкие наркотики пробовал, и говорит, что только с их помощью бросил курить. А с алкоголем как получается: в 15-16 лет ты пьешь какие-то коктейли и другую такую ерунду, потом ты совсем недолго пьешь водку, мартини, в конце переходишь на коньяк и виски, и тогда уже понимаешь, что пить на фиг не надо. Рита: _А сексом начинают заниматься... Ну, лет в 14-16. Причем в выпускных классах эта тема не обсуждается как-то. А восьмиклассницы гордятся страшно, что у них так все шикарно на этом фронте. _

Деньги для школьников – отдельный разговор. Представления о будущем складываются из сумм, выданных на карманные расходы.

Алена: «Я собираюсь работать курсе на 3-м и, чтобы обеспечивать все свои развлечения, мне будет достаточно зарабатывать 15-20 тысяч. При условии, конечно, что жить я буду с родителями и коммунальные услуги оплачивать не буду». Рита: «Если родители на период университета смогут мне какое-то время помогать, и я буду подрабатывать, то мне хватит 25-30 тысяч на начальном этапе. Ну, а чем дальше, тем больше».

Свободный диктофон: часть 2

Катя и Андрей учатся в хорошей школе. Рассказывают, что в этой гимназии можно сумку оставить, где угодно, и ее никто не возьмет. Только вот проблема: ты, как и эта сумка, здесь никому не нужен. Периодически школьный психолог раздает детям анкеты с вопросами типа «куришь ли ты?», «пьешь ли?» – правду никто не пишет. На этом все попытки взрослых разобраться в жизни подростков заканчиваются. Мы встретились в «Макдональдсе», и каждый получил возможность высказаться.

Катя: «Учеба занимает второе место в жизни. На первом месте у меня спорт и творческая деятельность. Я состою в ВЕГЕ, занимаюсь журналистикой, участвую в мероприятиях вне школы. У меня все распланировано, я веду ежедневник, чтобы ничего не забыть. Уроки с 8.30 до 14.30, потом у меня курсы, тренировка. Получается, что в день перерывы буквально по 20-30 минут». Андрей: «Раньше мне было интересно принимать участие в самоуправлении школы, было интересно работать с завучами по внеучебной работе, сегодня очень многое заглохло. Никому ничего не надо». Катя: «Я смотрела «Все умрут, а я останусь». Могу сказать, что ничего особенного в фильме я не увидела. Я знаю, что в Москве есть такие школы, такие дети. Я все это видела, когда была там. То, что сняла Валерия Гай Германика – реальность. В Тюмени есть очень большая разница между гимназией, лицеем и обычной средней школой. Да, в нашей гимназии тоже есть свои внутренние косяки, у нас не все так гладко, как многим кажется. Но такого – точно нет. Я вот вообще не пью, но, да, курю с 14 лет. Завалиться к кому-нибудь на хату, пробухать там все выходные... У меня такого нет. Но среди моих знакомых, конечно, пьют некоторые. Причем все, что горит, идет в расход». Андрей: «Ну, я бы не сказал, что наши сверстники пьют дешевый алкоголь. Виски, ликеры разные, коньяк».

Денежный вопрос вызвал на сравнении с предыдущими ораторами приятное удивление.

Катя: _«Я уже сейчас работаю. Я работала вожатой в лагере, писала в газету. И когда получала свои деньги, просто жила на них и не брала карманные у родителей. Потом мне стало уже стремно у них просить. Поэтому, думаю, буду подрабатывать с 1-го курса. Я хочу зарабатывать сама. Мне хватит на первое время 3-4 тысячи на расходы. Да, любые деньги имеют значение». Андрей: «Думаю, так же. Начинать с чего-то ведь надо. Хоть 1000 рублей, но стабильно, это уже хорошо». _

Свободный диктофон: часть 3

Ольга Селиванова, доктор педагогических наук, профессор, директор центра внешкольной работы «Дзержинец»: «Отдельно взятые педагоги в отдельно взятой школе значительно повысили свой профессиональный уровень. И опять же отдельно взятые школы могут похвастаться новым оборудованием, безупречным кадровым составом. И вот в чем парадокс: с одной стороны кажется, что прогресс семимильными шагами идет в светлое будущее, а с другой стороны, упала значимость таких понятий, как ценности, личное отношение педагога к труду, альтруизм. Раньше недопустимо было платно заниматься с ребенком после уроков. Я лично ходила на факультатив по литературе в школе, и моя учительница ехала на работу к назначенному времени совершенно бесплатно. Это была норма, личная профессиональная ответственность. Процесс воспитания, образования сегодня понимается педагогами как процесс оказания образовательной услуги. Не всеми, конечно, боже упаси, но усредненным большинством. Да, в школах должны быть компьютеры последнего поколения, а не печатные машинки, но это должно быть средством обеспечения работы профессионалов. Кстати, слово «профессионал» у нас из употребления ушло, оно заменено теперь на словосочетание «эффективный менеджер». Ты потратил на ребенка столько часов, а где результат? Почему у него ЕГЭ на 3, а не на 4 написано? Вот они, главные вопросы. Дети копируют у педагогов не только знания, умения и навыки – они копируют модели взаимоотношений. Мы декларируем индивидуально-личностный подход, а по сути его нет вовсе. С детьми не разговаривают. Ребенок сегодня очень сильно удивляется, когда взрослый человек просит: «Расскажи о себе». Сейчас у меня складывается впечатление, что в педагогике можно вообще ничего не знать, а просто искренне интересоваться человеком, и он будет в полном трансе, потому что в нормальной беседе со взрослыми никогда не участвовал».

Свободный диктофон: часть 4

Называть их детьми странно. Они пьют джин в клубах по субботам, возвращаются домой под утро. С понедельника строчат контрольные и проверочные, опаздывают на подготовительные курсы, бегут на тренировки. Они смотрят те же фильмы, что и я. Они читают те же книги. Они слушают ту же музыку. Все это каждый из них воспринимает по-своему. Недорастает. Перерастает. Нам, кому сейчас чуть за 20, они кажутся наглыми. Мы завидуем, что у них есть возможность купить такие вещи, которые нам не светили до выпуска из универа, до первой зарплаты. Мы возмущаемся, что у них реально больше возможностей, а они не пользуются. Мы не хотим их понимать, а они просто, в силу возраста, ломано говорят на нашем языке. Играют в нас самих. Заигрываются. И все это только, чтобы услышали. Детки.

Текст: Татьяна Паласова №1 МАРТ 2010