Такими заголовками газеты былых времён обычно оснащали материалы об асоциальных элементах, упорно не желавших становиться на светлый путь исправления. Сегодня я озаглавлю так беседу с главным редактором «Тобольской правды» Тимуром Волковым, в очередной раз доказавшим, что он достоин звания «журналист-рецидивист».
Вспомнив о том, что recidivus с латыни – «возобновляющийся», уточню ещё, что поводом к разговору стали многочисленные звонки в редакцию и вопросы: «Что у вас за «фронтовые» репортажи? Как ваш Волков оказался на Украине? Почему редакция местной газеты отправляет сотрудника в загранкомандировку?»
Попробуем ответить, разобраться, выяснить.
– Товарищ главный, как же так в самом деле? Газета у нас с вами местная. И насколько мне известно, допрежь ни в какие «горячие точки» её корреспонденты не добирались…
Т.В. Это как раз то, что называется «взялся за старое». А старое началось ещё в 1991 году. Я тогда работал собственным корреспондентом «Тюменского комсомольца» по Ханты-Мансийскому автономному округу. И когда началась заварушка в Латвии и Литве, мы отправились на места событий, чтобы увидеть всё своими глазами и рассказать нашим читателям.
– Примечательно, что главным редактором «ТК» был тогда Анатолий Костров, возглавлявший несколько лет назад «Тобольскую правду». А Волков поехал в Ригу и Вильнюс с Валерием Глебовым, который в своё время тоже руководил «Тоболкой».
Т.В. Да, а когда мы рванули в Прибалтику с Валерием Ивановичем, он был заместителем Кострова по «Тюменскому комсомольцу». Тогда на бульваре Райниса в Риге, где собрались журналисты со всего мира и впервые из нашей области, мы ощутили на себе, что такое «горячая точка». Эта автоматная очередь поверх голов запомнилась на всю жизнь, освежила, так сказать, бытие.
А в апреле 1992-го была командировка в Приднестровье. Поехал тогда уже один. Просился со мной Саша Ефремов, ставший потом, в Чечне, настоящим фронтовым фотокорреспондентом и погибший при исполнении обязанностей… Но тогда он только начинал, и в Кишинёв и Тирасполь я его с собой не взял.
С фотокором Сергеем Русановым в ноябре 1992 года мы работали во время памятного конфликта между Чечнёй и Ингушетией. В 1993-м, в мае, я поехал в Карабах.
В общем, это моя личная давняя традиция – смотреть на ситуацию собственными глазами.
– В мае 1994 года любопытный Волков отправился в Крым. Сейчас о тех событиях почему-то мало вспоминают, но ведь «крымский вопрос» мог решиться 20 лет назад.
Т.В. Да, тогда в Симферополе сложилась серьёзная ситуация. Председатель Верховного Совета автономной республики Крым Юрий Мешков объявил о независимости от Киевской власти. Те в ответ очень мощно пригрозили пальчиком, и казаки со всей России поехали в Симферополь. Украина в ответ стянула к городу группировку войск – сам наблюдал эти эшелоны с бронетехникой и живой силой, прибывшие из Киева. Вот-вот должно было начаться, но… как-то договорились тогда. Отложили на 20 лет.
– В октябре 1994 года начались для Тимура Волкова «чеченские командировки». В самом горячем российском регионе он работал во время противостояния группировок Джохара Дудаева и Руслана Хасбулатова.
Т.В. Не только «чеченские». В январе 1995-го мы с оператором Витей Юхневским съездили в Таджикистан, где начались боевый события на территории, контролируемой Пянджским погранотрядом (это, если кто не в курсе, российские пограничники).
Тут нужно раскрыть технологию организации поездок. В бюрократическом смысле «командировками» их называть нельзя. Я никогда не брал на них денег в редакционной кассе. Для изданий и телекомпаний областного уровня – это, что называется, работа вне профиля, сверх плана, и бюджетом она оплачиваться не должна. Поэтому средства всегда находились у товарищей, которых немало в разных сферах. И недавняя поездка стала возможной благодаря помощи…
– Давайте вернёмся к этому вопросу позже. А пока по хронологии.
Т.В. Хронология проще некуда. В феврале 1995 года был опять Грозный… В 1998 году по приглашению тогдашнего губернатора ХМАО Александра Филипенко я перебрался в Ханты-Мансийск, где возглавил телекомпанию «Югра».
А год спустя начались бомбардировки Югославии, которую разделывали 14 стран блока НАТО. И мы, опять же с журналистами со всего мира, прибыли в Белград – ощутили «миротворчество» натовских бомб, встретились и с хорошими людьми, отсняли кучу материала.
– В 2000 и 2001-ых годах Волков вновь едет в Чечню со сводным отрядом отдела внутренних дел ХМАО. И вспоминая начало «нулевых», неожиданно заявляет.
Т.В. Это было уже не то… Раньше мы ездили сами по себе, без охраны, на свой страх и риск. И в заварушки попадали случалось. И было раз, что спасло только то, что оператор Витя, терский казак, хорошо знал чеченский язык – а так уже затвор пулемёта передёрнули бородачи.
А тут уже жили в укреплённом здании, защищённом со всех сторон дотами. Было, что спать приходилось с гранатой в кармане, потому как опасность ночного штурма была. Но ощущение от тех командировок под охраной, повторю, не те. И может, материалы по их итогам были не такими сочными.
– В 2002-ом не желающий охраны журналист Волков отправился в зону грузино-абхазского кофликта.
Т.В. В Хантах со мной работал режиссёр Анзор Адлейба, который был однокашником Рауля Хаджимбы, который тогда был председателем службы госбезопасности Абхазии, а сейчас является президентом этой республики.
И вот Рауль нам тогда здорово помог. Мы тогда даже записали интервью с пленными с грузинской стороны, что мало кому из журналистов удавалось. И материал получился очень интересный.
– Прошло 12 лет. Тимур Волков сменил место жительства и место работы… Чего уж скрывать,… постарел на 12 лет. Тут бы и успокоиться.
Но вот заскакал с небывалой силой майдан в Киеве. Полыхнуло в Одессе. Загрохотало в Луганске. Вздрогнул Донбасс… И было видно, что главный редактор «Тоболки» завёлся.
Однако вмешательство судьбы – оперированное уже сердце засбоило. Новая операция и реабилитация. Подлечившийся Волков ушёл в законный отпуск и … Отбыл под Луганск.
Т.В. Конечно, ехать надо было раньше. «Мотор» подвёл. Наверное, да, судьба. Но та же судьба свела с человеком, который зашёл в редакцию дать объявление. Разговорились. Выяснилось, что его сын живёт и воюет в ополчении в той самой Луганской народной республике, в городе Свердловске. Несколько звонков и решение – надо ехать. Не только потому, что сам «застоялся» как журналист, потому что привычка, потребность видеть нестандартную ситуацию своими глазами никуда не делась.
И опять судьба. Раньше средства на поездки давали мне люди, с которыми знаком много лет – одноклассники, земляки, друзья. А в Тобольске – человек, с которым мы знакомы недавно, но человек с Богом в душе. Юрий Ронжин, генеральный директор фирмы «Югор», понял всё с полуслова, откликнулся на просьбу организовать эту командировку финансово, за что ему большое спасибо. Не только от меня и читателей, которым, надеюсь, интересны луганские репортажи из первых рук, но и от героев этих публикаций, которые там ежедневно рискуют жизнью во имя русской идеи.
Так и полетел: Тобольск – Тюмень – Москва – Ростов – Гуково. Там пограничный переход, но если с нашей стороны граница на замке, то с противоположной никаких украинских сил нет, потому что их выгнали ополченцы ЛНР.
– С подробностями вашей очередной командировки читатели «Тобольской правды» знакомятся в репортажах, зарисовках, очерках. А у меня для завершения разговора вот какой вопрос: может быть, стоило на этот раз «прикрыться» хоть как-нибудь журналистским статусом – нашивку PRESS на видное место приспособить?
Т.В. Ну, эту тему мы уже задевали. Считайте, что это мой журналистский стиль. Мне кажется, так честнее. Перед собой. Перед читателями.
Беседовал
Дмитрий КАРАСИЕР
Фото из личного архива Тимура ВОЛКОВА