Три года в «осином гнезде»

 Бывший моряк-подводник Александр Ураевский вспоминает о службе в армии

Александр Ураевский из Новой Заимки более полувека назад служил на подводной лодке. О берегах Камчатки, эскадре подводных ракетоносцев Тихоокеанского флота и своих боевых товарищах может говорить часами.

– Я с малых лет хотел в армию, – рассказывает Александр Михайлович. – У меня дед воевал в Первую мировую, а отец – в Великую Отечественную. Трое моих братьев служили в вооружённых силах, причём двое – во флоте.

Когда пришло время отдать долг Родине, Александр Ураевский заявил в военкомате, что хочет стать морским пехотинцем. На призывной комиссии его отобрали на Тихоокеанский флот. Из Павлодара, откуда Александр Михайлович родом, во Владивосток поезд вёз североказахстанских новобранцев 11 дней. И 1 декабря 1967 года будущие матросы переступили порог учебного отряда. Правда, тут выяснилось, что служить им придётся на подводных лодках.

– Замполит построил нас и сказал: «Кто не хочет нести службу в подплаве (прим.: так моряки называют подводные плавающие средства), сделайте два шага вперёд», – вспоминает А. Ураевский. – Два человека вышли из строя. Я остался. И не пожалел об этом.

Подготовка в учебном отряде, где мой собеседник осваивал воинскую специальность моториста, была нелёгкой.

– Нас учили, к примеру, эвакуироваться из подводной лодки через торпедный аппарат, – рассказывает Александр Михайлович. – В отряде была специальная башня-тренажёр. Нужно было зайти в аппарат и после того, как вода его заполнит, выйти в бассейн и подняться по буйрепу – тросу с навязанными на нём узлами. Считаешь их и останавливаешься на нужных глубинах, чтобы приспособиться к изменению давления для избежания травмы от декомпрессии. Это непросто, один мой сослуживец даже сознание потерял – клаустрофобия у него оказалась.

После шести месяцев учёбы многие курсанты мечтали остаться во Владивостоке. Но Александр Ураевский рвался на Камчатку, где располагалась главная база нашего подводного флота. «Осиное гнездо», как называли её американцы.

– Служить мне пришлось на К-91, – говорит Александр Михайлович. – Это ракетная подлодка, но ещё не атомная, а дизельная. Экипаж был очень хороший – опытный командир, замечательный замполит, ребята дружные. Старшина Гробовецкий за нас, мотористов, был горой. Но и гонял изрядно. А иначе в подплаве нельзя. Ведь ошибка одного может всех погубить.

За три года Александр Ураевский участвовал в трёх боевых дежурствах. Лодки стояли в бухте в постоянной готовности. А экипаж в это время жил на пришвартованных рядом кораблях-плавбазах, чтобы в любую минуту можно было занять места по боевому расписанию. Об увольнении на берег, такой близкий и манящий, моряки даже мечтать не могли.

– А уж как мне запомнилась единственная боевая служба! – восклицает Александр Михайлович. – Тогда в штормовом море мы провели 87 дней. У меня морская болезнь странно проявлялась – я постоянно есть хотел, по восемь раз в день на камбуз бегал. Благо кормили нас по-королевски. Вот только многие мои товарищи смотреть не могли на эти разносолы. Зато я отъедался!

После службы А. Ураевский вернулся домой. Позже он переживал, что не остался на Камчатке – больно уж понравился ему этот край.

В 2001 году Александр Михайлович вместе с семьёй переехал из Казахстана в Россию – в Новую Заимку. В 2015-м, уже будучи пенсионером, он вступил в ряды ветеранской организации «Боевое единство».

– Завтра, в День Военно-морского флота, я пойду с боевыми товарищами к памятному знаку морякам, который у нас в селе установлен. А потом мы в Тюмень поедем, там с братишками встретимся. Флотская дружба не стареет! – заканчивает разговор Александр Ураевский.