Классической музыке – троекратное ура

Если спросить десять человек: «Любите ли вы классическую музыку?», семь из них ответят утвердительно. И дело не только в том, что многим хочется выглядеть интеллигентнее. Они и в самом деле любят, просто сами еще не знают об этом. Не знают, потому что никогда не были в филармонии и не слышали, как оркестр играет вживую… Три прошедших дня для тюменских любителей академической музыки слились в один удивительный концерт – музыкальный фестиваль, организованный известным пианистом Денисом Мацуевым в рамках культурной составляющей подготовки к Сочинской зимней Олимпиаде-2014. В вечер открытия фестиваля зрители имели возможность насладиться талантом не только самого маэстро Мацуева, но также виртуозного скрипача и выдающегося дирижера Владимира Спивакова и его Национального филармонического оркестра России. Прославленные музыканты играли произведения Петра Ильича Чайковского, о заслугах которого, я полагаю, читателю рассказывать не нужно. … В первом отделении прозвучал концерт N 1 для фортепьяно с оркестром. Его аккорды считаются одними из самых узнаваемых в истории музыки и, благодаря радио и телевидению, знакомы даже тем, кто не отличается любовью к симфоническим произведениям. Известный пианист Андрей Гаврилов как-то сказал, что «бесконечное повторение дискредитировало, измучило прекрасное, нежнейшее произведение…» Однако на человека неизбалованного походами в филармонию, оно и сегодня действует чарующе – заставляет забыть о времени, об окружающих людях и даже о кресле, на котором сидишь. Слушая живую музыку, мы в равной мере погружаемся в мелодию и в себя, отдаваясь плавным волнам собственных мыслей. И при этом часто сосредотачиваем взгляд на одном из музыкантов на сцене. Я, например, чуть не вскрикнула в голос, когда пожилой скрипач, на которого пристально смотрела в течение двадцати минут, резко, как стеком, ударил смычком по странице нотной тетради, желавшей перевернуться без его ведома. Он продолжил играть, ни на полтакта не сбившись с ритма. А мне казалось, что я – корабль, только что получивший сильный удар волны в борт, и теперь бешеное течение уносит меня в наполненную звуками неизвестность… … Антракт – он не только затем, чтоб выпить чашку кофе. Немного времени – чтобы успеть прийти в себя. Осознать отзвучавшее произведение и приготовиться к следующему. Но когда выходишь из зала, так и тянет обсудить с кем-нибудь произошедшее. Из обрывков разговоров несложно было понять: горожане успели изрядно соскучиться по Денису Мацуеву и Владимиру Спивакову, хоть оба музыканта и бывают в Тюмени регулярно. Солировавший в первом отделении Мацуев вновь привел публику в восторг, причем многие отмечали, что в этот вечер он был необычно экспрессивен и не только играл, но и двигался очень эмоционально. Во втором отделении Национальный филармонический оркестр России играл уже без Дениса Мацуева – звучала симфония N 4 (фа минор). Композитор и музыкальный критик советского периода Николай Мясковский считал ее первой в истории русской музыки симфонией – психологической драмой, сопоставимой по силе с симфониями Бетховена. Это произведение Петра Чайковского заставляет слушателей чувствовать безотчетную тревогу и в то же время – благоговение… Но большинство родителей решило после первого отделения увести из зала юных джентльменов в бабочках и маленьких леди в украшенных оборками платьях. Для детей такая музыка слишком тяжела, да и – что греха таить – несколько однообразна. Поэтому трагическое, наполненное какой-то обреченной веселостью (темы из русского народного творчества явственно слышатся в симфонии), произведение взрослые слушали в гордом одиночестве. И в качестве ремарки – удивительно было смотреть, как во время части, где на струнных инструментах нужно играть без смычков, музыканты искренне улыбались происходящему, находя в этом что-то веселое, известное только им одним. … По окончании концерта тюменские зрители никак не хотели отпускать Владимира Спивакова. Сдавшись под шквалом аплодисментов, он вышел «на бис», и оркестр исполнил «Венгерский танец» из балета «Лебединое озеро». Вновь раскланявшись и пожав руки своим музыкантам, дирижер совершил вторую попытку покинуть сцену… Не тут-то было! Зал встал и хлопал до тех пор, пока Спиваков вновь не вернулся и не подарил слушателям вальс из балета «Спящая красавица». Знакомая с детства мелодия вызывала неуместное желание подпевать или, по меньшей мере, начать раскачивать носком туфельки в такт музыке. Причем, не только у меня… В третий раз, выходя на сцену под громовые аплодисменты, знаменитый дирижер честно предупредил: «Этот «бис» – последний!» И, отступив от темы вечера, оркестр заиграл вальс Арама Хачатуряна из спектакля «Маскарад». Неистовый, как и все произведения мастера. Но оставляющий удивительно точное «послевкусие»: именно так и должен был закончиться этот концерт. А потом вспыхнули лампы, музыканты принялись зачехлять инструменты, и зрители устремились к выходу… Но музыка, даже отзвучавшая, остается внутри тех, кто ее слышал. Тюменцы принесли ее в свои дома сквозь морозный вечер.