Байки яхтенного капитана

– Я когда дачу строил, жене говорю: «Вот будет тебе теплица!» – рассказывает Петр Зимин, открывая дверь в небольшой ангар, и впрямь похожий на теплицу.

Жена ходила, смотрела… А потом спрашивает: «Петя, а зачем в теплице пол?» Раскусила, в общем. Тогда Петр Иванович и сознался, что это будет лодочная мастерская. Жена вспылила. Найду, говорит, спички, будут тебе лодки!

… В мастерской яхтенного капитана Зимина играет радио. На полках в творческом беспорядке раскиданы кисти, стоят банки со смолами, а на стиапеле заготовка нового судна. Капитан рассказывает, что это будет гребная лодка 2,40 на 1,20 метра. Рабочая идея такая: сделать ее из двух кусков фанеры, максимально эффективно используя материал. Петр Иванович долго делал чертежи, затем по ним выстраивал выкройку – пять деталей. Они сшиваются меж собой медной проволокой и проклеиваются стеклотканью, так что нам советуют поосторожнее трогать борта руками… Осталось поставить банки, уключины, весла, блоки плавучести из пенопласта – готово.

– Блоки плавучести?

– Если лодка будет тонуть, то они ее будут наверх выталкивать, – объясняет мастер.

– Это вы придумали?

– Нет, не я. Одни ребята, которые вокруг Земного шара плавали…

– А вы бы хотели вокруг Земного шара?

– Сумасшедших-то много, вот и мы один раз собрали команду, решили на гребной лодке вокруг Света совершить путешествие, – смеется Зимин. – Техзадание разработали, нашли финансирование, совершили пробный выход… Но потом что-то финансирование нам прикрыли. И слава богу, потонули бы где-нибудь, дураки.

Петр Зимин вообще рассказывает о своей жизни с иронией и юмором. Тараторит, перелистывая большой альбом с фотографиями…

– Почти 60 лет я строю лодки. В седьмом или восьмом классе смастерил первый буер, санки такие для гонок по льду. Бабушка мне к ним сшила парус из простыни… Как строил, откуда что брал – сам не помню, начитался, наверное, книжек. Потом были катамаран и лодка с балансиром… Отец у меня хоть железнодорожник, а увлечение лодками поддерживал. Таскался со мной на Иртыш (семья тогда жила в Ишиме – А.Ч.) А я все у бабки допытывался, откуда у меня эта любовь к лодкам, к воде? Рассказала, вроде как, был дед такой, 25 лет служил на флоте… Ну, я понял, что по генам передалось, и успокоился…

– А как же вы капитаном стали?

– Прошел сто миль помощником капитана. Карское море, Азовское, Байкал – полностью (этим, кстати, мало кто может похвастаться). Сдал 12 экзаменов специальной комиссии – и вот я аттестованный яхтенный капитан!

На самом видном месте в мастерской висит вымпел экспедиции «Тюмень-Ямбург», которую совершили к 400-летию Тюмени. Как оказалось, Петр Иванович был одним из организаторов экспедиции. По словам Зимина, с Обской губой даже Балтика не сравнится: сложные мели, ветра, волна крутая, восемь метров ветровой прилив.

– Больше двух месяцев длилась экспедиция, четыре раза поменялся состав экипажа. С нами еще дети из яхт-клуба при моторном заводе, которым я тогда руководил… Справились, дошли до Ямбурга.

– Это была самая сложная экспедиция?

– Сложная… Собирались как-то в октябре на 500-летие со дня открытия Америки. Шли на яхте «Новая Мангазея», было у нас с собой даже письмо к президенту Джорджу Бушу от главы администрации Ямало-Ненецкого округа. Пересечь Атлантический океан – вот это сложно. Опыта у нас такого не было. Холодно, шторма… Я принял тогда решение развернуть яхту. Яхта – это ведь вообще отдельное государство, со свои законами и порядками, даже со своими картами… На борту с капитаном не спорят. Но в душе члены экипажа тогда со мной не согласились. Лишь через годы поняли, что я был прав.

Кстати, яхту «Новая Мангазея» для этого путешествия Зимин сконструировал и построил сам. Считает ее наряду с еще 15-ю судами одним из лучших своих проектов.

– А названия вы им сами придумываете?

– Если делаю судно на заказ, обычно его называет хозяин. А некоторые я сам называл. Вот, например, катер «Югра» или лодочка «Сказка»… Обычно не придавал значения названию. Но вот делали мы такое прогулочное суденышко небольшое с другом и назвали его «Ксюша и Катюша», в честь своих дочек. Уже 5 или 6 сезонов успешно ходит по Туре – приятно.

Петр Иванович продолжает листать альбом, находит в нем записи об одном из товарищей по яхтенному спорту, карандашом сбоку сделана пометка: «погиб в море».

– Не кажется вам, что мы недооцениваем море, относимся к нему слишком легкомысленно?

– Я всегда считал, что там, где воды по колено, – уже опасно…

– Шторм это страшно?

– Мне – не страшно. Матросам и новичкам – конечно. Как он выглядит? Ну да, примерно так же, как в книжках описывают: буря, темнота, волны захлестывают палубу… Вообще, шторм это просто работа, серьезная работа. Паруса надо менять. Пристегиваешься тросом к палубе и ползешь на коленках – потому что по-другому просто невозможно передвигаться… – рассказывает Зимин.

– И все-таки, путешествие вокруг Света хотели бы совершить?

– В Крым хочу, в Казантипский залив. Вот там красота. Мы как-то лагерь для детей из яхт-клуба устраивали там …

– Петр Иванович, а спички-то жена не нашла?

– Ну что вы, она у меня женщина умная. Тем более теплицу я ей построил, вон она, рядышком стоит.

НА СНИМКЕ: Петр Зимин.

Фото Гали Безбородовой