Красивое платье может все

Вначале было платье. Летящей походкой наш корректор Лена Слинкина появилась в редакции – в ярком, но одновременно сдержанном, каком-то бесконечно уютном платье. На нее хотелось смотреть и любоваться. «Чувствую себя восхитительно и пребываю в полной уверенности в своей неотразимости», – сказала она.

– Да, я помню эту покупательницу, – говорит Анастасия Семенова, дизайнер и хозяйка одноименной марки. – И платьем я очень довольна: мы над ним хорошо потрудились. Знаете, когда мне самой нравится вещь, когда платье окрашено положительными эмоциями, то и предлагать его приятнее. Человек ведь покупает не просто одежду…

В магазине Анастасии на четвертом этаже ТЦ «Магеллан» такими эмоциями заряжен, кажется, каждый предмет. Бабушкина швейная машинка «Подольск» и бабушкин же шерстяной коврик на полу только подчеркивают, какие современные, актуальные вещи она шьет. Платья, а еще блузки, юбки, жилеты, плащи, пальто... Мужчины могут только восхищаться, девушки наслаждаются: «Ткань такая приятная – как вторая кожа». «Влюбилась в платье с первого взгляда и не хочется снимать». «Так легко и женственно я себя еще не чувствовала!»

– Когда вы поняли, что хотите создавать и продавать одежду?

– Создавать – давно, еще в школьные годы. Поступила в нефтегазовый университет на отделение костюма, но к третьему курсу радужные мечты, что я буду работать в каком-нибудь доме моды, развеялись. Устроилась продавцом в сетевой магазин одежды, через два месяца стала заместителем директора. Занималась всем: от оформления витрин до заказа коллекций. Наверное, осознание, что выручка в магазине повышается от того, что ты сделала грамотный заказ, и породило некий торговый азарт.

– Когда открылся магазин?

– Чуть менее года назад, а до этого был период тестирования одежды. Все коллекции я отдавала на реализацию в другие точки, осторожно тренировалась: на что больший спрос.

– А шить когда и где учились?

– В институте были кройка, шитье, конструирование и другие предметы. Параллельно получала навыки в 30 колледже. Плюс практика. Даже сейчас после тысячи платьев, когда мы проектируем, все равно находим какие-то новые нюансы: как можно сшить иначе, переделываем лекала… Кроме меня, в команде закройщик, портные. И больше четырех лет мы уже вместе.

– Проектируете на компьютере?

– Вручную. Компьютер оправдан при промышленных масштабах. У меня есть тетрадь, где я что-то быстро начертила, накалякала… Собираю эти почеркушки, потом просматриваю, решаю, что из них может получиться. Использую зарисовки, журналы, отрезы тканей. Конечно, когда обсуждаем модели, я прихожу не с эскизом, а с техническим рисунком, чтобы закройщик мог понимать, что за вытачки будут у модели, какие манжеты, какая длина… На то мы и команда, чтобы понимать друг друга. На примерках подгоняем модель, бывает, отходим от эскиза. У нас у всех разные фигуры, потому смотрим, как платье будет сидеть на разных людях.

– Некоторые дизайнеры, говорят, шьют будто на себя.

– Мне тоже это говорят, хотя по росту платья мне великоваты. На себя – в том смысле, что бы я хотела носить, и что было бы интересно современной девушке. Творчество творчеством, но вопрос «для кого ты шьешь?» – самый главный. Так нас учили в университете.

– Получается, идете на поводу у покупателя?

– Иду очень часто. Наше дело это в первую очередь бизнес.

– И какой вкус в Тюмени?

– Город накладывает свой отпечаток. В том же Екатеринбурге, например, одеваются более разнообразно, развиты уличные стили, которых у нас фактически нет. У нас хорошо продается база. А остромодные вещи здесь до сих пор не понимают, не любят, никому они особо не нужны. Бывает, даже досада берет: вроде везде рассказано, как носить тот или иной предмет, куда, с чем – элементарные вещи объясняешь, приводишь доводы. Стереотипов очень много, приходится бороться. Ну, не в столице мы живем, что поделаешь… К слову, когда мы планируем коллекцию, тоже прикидываем, сколько будет базовых вещей, сколько интересных, сложных.

– Есть цель подвинуть это соотношение в сторону моды?

– В нынешних условия главная задача – увеличить количество относительно недорогих платьев. Все чаще приходят клиентки, которые говорят: мне нужна вещь на праздник, но чтобы я могла ходить в ней и на работу. Суперсложные платья – не то, что нужно на каждый день, а мы отказались от повышения цен.

– На российские ткани не перешли еще?

– С тканями большие-большие проблемы: кроме ситца для постельного белья ничего не производится. Вкладываться в легкую промышленность никто не хочет, проще купить в Китае, Корее, Вьетнаме, Индии. Пока работаем с поставщиками, но хочу заказывать напрямую из некоторых стран. Скоро Новый год, и нужны будут хорошие праздничные ткани, кружева…

– Работаете по сезонам?

– На месяц вперед. Это оперативно, удобно, можно реагировать на погоду, на спрос покупателей. К тому же идеи часто приходят спонтанно, и хочется быстрее их воплотить.

– Следите за русскими дизайнерами?

– Даже больше, чем за зарубежными. Недавно читала интервью с Викой Газинской. Совсем другие, конечно, масштабы, но она рассказывает о проблемах с инвестированием, что приходится заниматься и тем, и тем, и другим. Хотя мне казалось, у дизайнеров такого уровня подобных проблем нет. Нравятся молодые модельеры из Петербурга…

– А себя на какой уровень ставите, рядом с какими марками?

– Сложно сказать. Магазинов одежды очень много, и все они наши относительные конкуренты – потому что предлагают женскую одежду. Ото всех важно выгодно отличаться. В масс-маркете, я считаю, сложно найти женственное, праздничное платье. Одновременно романтичные, но целомудренные платья – то, что я люблю, – тоже не пользуются огромной популярностью. Несложно продать обтягивающие футляры, сексапильные вещи на грани гламура, другое дело, хочется ли тебе их шить.

– Получается, каждая вещь – это компромисс?

– Когда мы только начали учиться в университете, то витали в облаках, шили то, что носить было невозможно. После работы в магазинах, поездок на турецкие фабрики как-то спускаешься на землю. Еще год назад я подходила к созданию платьев по-другому. Но я не разочаровалась, наоборот рада, что все так повернулось, и не представляют себя в другой сфере. Даже торговля – не совсем мое. Мне казалось, что я зажата, работаю, но удовлетворения не получаю. Мучили одни и те же сны, сейчас они, слава богу, от меня отстали.

– Но продолжаете стоять за прилавком…

– Не думаю, что уйду от этого формата. Мы формируем клиентскую базу, важно встречаться с покупателями. Иногда люди звонят и спрашивают, когда я буду в магазине, чтобы прийти посоветоваться, подобрать что-то. Как оказалось, это тоже немаловажно.

– У вас прекрасный слоган: «Платье может все!»

– Спасибо моей подруге. Она график и, кроме слогана, создала все графическое оформление марки. Она молодец!

– И что может платье?

– Поднять настроение, поднять самооценку. Изменить жизнь, наверное, тоже может – если оказаться в нужном платье с нужными людьми. Да просто скрасить наши будни, настроиться по-особенному. Джинсы и свитшот – это повседневная одежда, но когда есть особенный повод, когда хочешь выглядеть хорошо и чувствовать себя хорошо, платье – то, что надо.

НА СНИМКЕ: Анастасия Семенова.

Фото Гали Безбородовой