Медиакарта
21:50 | 30 сентября 2022
Портал СМИ Тюменской области

ПАСЕЧНИК НАУМ

08:00 | 16 августа 2022
Источник: Красная звезда

Тупилось железо, стирался  сошник,

И только выдерживал пахарь-мужик.

 И.С. Никитин

 («На пепелище»)

   Этот рассказ был задуман мною ещё несколько лет назад. Но чистый, с одним лишь названием, лист пролежал в папке по разным причинам почти до сегодняшнего дня. В начале этого года я узнал о новом конкурсном проекте газеты «Красная звезда» на близкую мне тему и по крупицам стал собирать материал.

   Немного осталось жителей Поддубровинского сельского поселения, которые помнят бывшего пчеловода к-за им. Ленина Пономарёва Наума Васильевича.  Это мой прадед по отцовской линии.

   Наум родился 5 февраля 1879 года в деревне Юшковой (стар. назв.) в семье русских старожилов. С детства он рос способным любознательным парнишкой. Самостоятельно овладел грамотой. С интересом читал редкие в то время книги. Школы в деревне не было. Первая  начальная  (временная) открылась в 1923 году. Повзрослев, Наум  женился на своей деревенской  девушке Александре. Она была на несколько лет старше. С помощью родственников Наум построил крестовой дом в центре  деревни и отошёл от родителей.

   Пономарёвы вели единоличное хозяйство,  считались зажиточными. В 1927 году в Юшкова было  57 хозяйств. Всего проживало 284 человека. 

   У Понамарёвых было 7 лошадей, 8 коров, овцы, свиньи, гуси и куры. Имелось около 7 гектаров пахотной земли, большой сенокос, набор сельхозорудий: конные плуги, бороны, жатки, молотилки, веялки и др. инвентарь.

   Супруги сами трудились от зари до зари, а также имели постоянных и сезонных работников. Один за другим у Наума и Александры родились семеро детей. Старшая  дочь Анна рано вышла замуж за Плесовских Александра Лукича, работавшего сначала  председателем Одинского сельсовета, а затем председателем колхоза «Юный пролетарий» в Малышево. Анна работала  дояркой на ферме. В 1940 году муж  скоропостижно умер. В 1950-ом Анна  переехала в Поддубровное к старшему  сыну Семёну. Его направили из Викулово на должность председателя укрупнённого колхоза им. Ленина. В 1951 году Анна

Наумовна стала моей бабушкой. В 52 года она умерла от инсульта,  успев понянчить меня всего два года.

   В 1929 году, в период массовой коллективизации семью Пономарёвых раскулачили и сослали в Уватский район в таёжную деревню Сафроновку, сроком на 10 лет. Всё принадлежащее семье имущество и скот конфисковали, дом отдали под школу.

   Младшему сыну Андрею тогда было всего четыре года. В раннем детстве в результате несчастного случая, он стал немым. Позднее, в 1960-х годах мы с Андреем Наумовичем встречались в Юшковой и в Викулово. Он общался с помощью блокнота и ручки, что всегда носил с собой. Помню, как он лихо разъезжал на моторном велосипеде, катал ребятишек и учил ездить на нём.

   В 1929 году в ссылке Александра родила сына Мишу. В дальнейшем, из-за тяжёлой физической работы она дважды рожала мёртвых младенцев. Несколько детей  умерли в раннем возрасте из-за болезней. Александра Степановна родила 16 детей, в семье выросли всего восемь. Она была награждена медалью «Материнская слава I степени».

   Искав в библиотеках материалы, я узнал немало интересного. Вот что пишет автор одной научной статьи в журнале «Сибирское богатство» (№2, 2021 г.): «… к 1931 году основной план высылки  кулачества на Север Тобольской губернии был завершён. Всего было выслано около 40 тысяч крестьянских семейств (150 тыс. чел.), лишённых всяких источников существования». Немало людей сгинуло в тех ссылках. Люди, потерявшие своих близких, ищут их до сих пор. Например, недавно директор Уватского музея Людмила Александровна Телегина получила письмо из Польши от потомка  семьи Дзюбик с просьбой помочь разыскать родных. В Увате этим делом занимается специальный отряд «Поиск». Большую  помощь в розыске в своё время оказал местный  краевед Пономарёв Михаил Ильич, однофамилец моих Пономарёвых.

   В Уватском краеведческом музее «Легенды седого Иртыша» собраны материалы, посвящённые тем трагическим событиям в истории страны. Кроме подлинных фотографий и разных справок там хранится копия Постановления… «О выселении кулачества в Тобольском округе…» от  7 мая 1930 года, где есть данные о том, откуда, куда и сколько человек были высланы. Списки «кулаков» Викуловского района до сих пор скрыты в фондах Тобольского госархива, до  которого, к сожалению, мне пока  не удалось добраться.

   Для справки: в 20-30-е годы Уватский и Викуловский районы входили в различные области. Уватский: с 1924-го по 1934-й год – в Уральскую; с января 1934-го по декабрь 1934-го – в Обско-Иртышскую. Викуловский: с 1924-го по 1932-й год – в Уральскую; с января 1932-го по декабрь 1934-го – в Челябинскую. С 1934-го по 1944-й год оба района относились к Омской области. В августе 1944-го вошли в состав Тюменской области.

   Но вернёмся к главным героям… Итак, холодной осенью 1929 года семья Пономарёвых с партией других ссыльных, под конвоем прибыла в далёкую Сафроновку. С ними не было Анны и Анастасии. У Анны уже была своя семья в Малышево, и её не тронули. Тася, которой было  17 лет, решила избежать ссылки и  уехала в Омск с каким-то командированным. Устроилась работать на станции Коломзино. В 1935 году в гражданском браке она родила дочку Зою. Именно тётя Зоя многое рассказала мне про события, о которых знала не понаслышке. Сегодня Зоя Георгиевна является самой старшей  внучкой деда Наума из  здравствующих ныне. 10 лет назад она приезжала на малую родину деда. Побывала у родных в Поддубровном, Рябово, Каргалах, Викулово. Тогда, в разговоре с ней мы не касались этой «больной» темы. И лишь недавно по моей просьбе тётя Зоя прислала подробное письмо и вырезку из газеты «Прикамье», о чём я расскажу ниже. Сейчас мы  с ней постоянно на связи. Зоя Георгиевна ветеран труда, почётный  энергетик Новосибирской области. Более 30 лет отработала на Барабинской ТЭЦ. Недавно ей исполнилось 87 лет. Проживает одна (муж умер) в благоустроенной квартире в Куйбышеве. Две дочери с внуками живут рядом. Был сын, умер вскоре после рождения.

   Несмотря на почтенный возраст тётя Зоя бодра, работает в своём саду, куда ходит пешком за два километра. Зимой бегает босиком по снегу. Дитя войны, а какое здоровье!? Видимо – это гены… Дед Наум почти никогда не болел, прожил 94 года и до самой кончины был в движении.

   Но вернёмся в ссылку, то есть в Сафроновку, что в 50 верстах от райцентра Уват. По сути это был посёлок спецпереселенцев. Деревню так и называли в народе – «спецпосёлок», как и соседнюю Екимовку.

   Пономарёвых поселили в старой избе, где большая семья с трудом  перезимовала.

   Недавно созданной сельхозартели нужен был кузнец. Наум Пономарёв взялся за дело. На этой работе он быстро заслужил уважение  начальства и простых жителей. А к ссыльным в то время относились настороженно и даже  враждебно. Наряду с основной работой кузнец выполнял просьбы личного характера: мужикам подковать лошадь, выковать деталь к сломанному плугу. Бабам чинил  самовары и прочую утварь. Кузнецу  разрешили построить дом, что он и сделал за лето и осень. Благо леса   вокруг было в достатке. Дом получился  просторным, на две половины. В одной  располагались родители с младшими, в другой – старшие дети. Наум сам  сложил две печи: русскую и камин.

   В старой избушке по соседству поселили семью ссыльных поляков Ковальских. У них было пятеро детей. Поляк (его  имени не помнят) помогал Науму в кузне. Полячка Станислава (почти моя тёзка) вместе с Александрой и другими женщинами работала на смолокурне.Там из сосновых пней вываривали смолу, заливали её в деревянные бочки, вручную грузили на большую лодку и отправляли в Уват. Из берёзовых пней, бересты гнали дёготь. Летом «драли» липовую кору для получения мочала, из которого вязали мешки (кули) – тару для клюквы, орехов и рыбы. Выполняли задания по сбору кедрового ореха. В ближней тайге были небольшие кедрачи. В старину сибиряки любовно величали кедр «хлебным деревом». Его берегли, зря  не рубили.

   Забегая вперёд, скажу, что в 1985 году, в период работы в Тобольском лесхозе, мне довелось побывать в тех местах. Тогда я ещё не знал многих подробностей этой истории. Помню,  на высоком берегу стояли огромные мохнатые ели. Не широкая, но длинная  извилистая речка Носка, богатая, кстати, рыбой, всё также несла свои воды в Иртыш. На месте самой Сафроновки вырос берёзовый  лес.

   На второй год ссылки Наум развёл пчёл. Сам изготовил десять ульев. Человек с пытливым умом и большой смекалкой, он был мастером на все руки. Вместе с Александрой посеял гричиху и горчицу – хорошие медоносы. Выращивал табак (самосад) двух сортов:  сибирский и турецкий. Я интересовался, где они брали семена? Но ответа не нашёл. Наум Васильевич никогда не курил и не брал в рот спиртного. Они с женой были крещёные, глубоко верующие люди. Вместе со старшими сыновьями Костей и  Кузьмой Наум разработал огород в 30 соток.

Пономарёв Наум был первым пчеловодом в Сафроновке. Наверное,  поэтому ему дали прозвище «Пасечник». Чтобы прокормить большую семью, Пономарёвы завели 10 овец, две свиньи, гусей и кур. Коровы не было, молоко приходилось выменивать у местных. Зимы в районе были суровые. Наум выделывал овечьи шкуры, а Саня  шила из них шубейки.

   В 1934 году было принято решение  Обско-Иртышского обкома ВКП(б) о плане  подъёма целинных земель. Власти на  местах обязывались провести раскорчёвку леса под пашню во всех районах, в том числе в Уватском на площади 3 тыс. га (самой большой). На эти работы  направили  прежде всего спецпереселенцев, включая женщин.

   В 1937 году семья Пономарёвых «выросла» ещё на два человека. Из-под  Омска приехала Анастасия с двухлетней дочкой Зоей. Так как Уватский район стал относиться к Омской области,  фамилию она не меняла, её разыскали и отправили к месту ссылки. Проработав около трёх лет, Тася не выдержала тяжёлых условий работы и сбежала из Сафроновки, оставив дочь на попечение родителей. После этого Наума  Васильевича несколько раз допрашивал следователь НКВД с целью узнать, где скрывается его дочь, но так ничего и не добился. По этой причине, или по какой-то другой, ссылка Пономарёвых затянулась сверх срока на целых 6 лет. Зато разрешили  поехать на учёбу Маше и Грише, ставшим взрослыми. Мария уехала в город Казань, выучилась на повара и до самой  пенсии проработала там главным поваром в ресторане. У неё была большая  дружная семья. Сегодня в Казани живут её внуки.

   Интересно сложилась судьба Григория. В Тюмени он получил специальность  фельдшера. Был призван в армию. Служил военфельдшером. Во время Великой Отечественной спас многих боевых товарищей. В 1943-ем сам получил тяжёлое ранение. После войны окончил Казанскую юридическую школу. Затем Казанский университет. 21 год проработал в должности судьи в Удмуртии, более 10 лет прокурором. Заслужил много боевых и трудовых наград, в т.ч. медаль им. Жукова.

Удивительно, как парнишка из раскулаченной ссыльной семьи смог достичь такого высокого положения в обществе.

   Приведу выдержку из Сарапульской газеты «Прикамье» за 13 ноября 2014 года, где Григория Наумовича поздравляют с 95-летием прокурор Удмуртии и председатель Верховного суда  республики: «С особым трепетом в душе мы поздравляем нашего коллегу как воина-победителя и как человека, посвятившего свою жизнь служению Закону… Его вклад в дело борьбы с преступностью был неоднократно отмечен Прокуратурой республики…И при всех своих заслугах и регалиях Григорий Наумович всегда оставался человеком скромным, искренним, добрым, отзывчивым. Душа его ярко проявилась в стихах. Вот только несколько строчек из его поэтического сборника «Страницы из дневника жизни»:

…Я был в бою

Солдат безликий,

Частица Родины великой.

Да и сегодня я в строю

Среди солдат твоих стою.

   Мне было приятно узнать о поэтических способностях деда Гриши (я тоже немного сочиняю).

   Григорий Наумович прожил 97 лет. Нгезадолго до кончины посетил могилы родителей на Юшковском кладбище. В далёкой поездке его сопровождала племянница Светлана. Ей он завещал большую квартиру в городе Сарапуле. Своих детей у Григория не было из-за ранения.

   Григорий попросил Любу Павину, внучку Пономарёвых, проживающую в Поддубровном, заказать новый  памятник матери и выделил на это деньги. Конечно, его просьба была выполнена.

   Средний сын Кузьма встретил в ссылке свою любовь Анастасию, которая с семьёй попала туда из Армизонского района. Сначала молодые жили в д.Половинка, что стояла на полпути между Тобольском и Уватом по старому тракту. Позднее перебрались в пос. Новый Туртас. Там располагался крупный леспромхоз, где они работали. Недавно я разыскал младшего сына Кузьмы – Виктора. Он живёт в Туртасе (ж.д. ст. «Юность Комсомольская»), давно на пенсии.

   Мы долго разговаривали по телефону. На прощание дядя Витя (по положению.., хотя и младше на два года) пригласил в гости. Я обещал ему привезти газету с этим рассказом.

   Моё повествование немного затянулось. Но это ещё  далеко не конец. Хотя  я и опускаю некоторые подробности. Иначе не хватит и двух газетных полос. Хотел рассказать о судьбе одного человека, а получается рассказ о жизни нескольких поколений. Но я думаю, что династия Пономарёвых заслуживает такого внимания.

   В 1945 году, после окончания войны Анастасия подала очередную весточку и попросила родителей  переправить дочку Зою из Сафроновки в Северный  Вагай, где она работала в леспромхозе. Работала, кстати, хорошо. Была награждена медалью «За доблестный и самоотверженный  труд в период Великой Отечественной войны 1941-1945 гг.», стала ветераном труда. Ещё один интересный факт. Указ… о её награждении был подписан 6 июня 1945 г.,  а медаль Анастасии Наумовне  вручили почти  через полвека – 10 марта 1994 года в г. Куйбышеве Новосибирской  области.

   Тётя Зоя с волнением рассказывала мне о жизни в ссылке с дедушкой и бабушкой. Помнит, как укладывали её  спать на широкую деревянную кровать между Андрюшей и Мишей, чтобы, не дай Бог, не упала на пол. В 10 лет Зою отправили с чужой  женщиной до Тобольска. Там  на речной пристани ждала  пароход. С собой у неё были – мешочек с сухарями да несколько кусочков сахара. На пароходе доплыла до пристани Вагай. Оттуда на попутке (машины возили хлеб) добралась до села. Там и состоялась долгожданная встреча с мамой Тасей.

   Семье Пономарёвых наконец-то разрешили вернуться на родину. Летом 1945 года они добрались до Юшкова, впятером: Наум Васильевич, Александра Степановна, Константин, Андрей и Михаил. Разместились вначале в старой избе. Вскоре Костя устроился работать на льнозавод, расположенный поблизости на берегу Ика, получил служебное жильё. После закрытия завода, в 1976 году, построил домик рядом с родителями. Все работали в местном колхозе. Вернулась из Вагая Анастасия с дочкой. Немного поработав, она уехала в Новосибирск искать лучшей доли. Личное хозяйство Понамарёвым пришлось поднимать заново.  Постепенно обжились, построили дом-пятистенник. Женился и отделился  младший сын Михаил. Помню, у него была большая семья – восемь ребятишек.

   Согласно похозяйственной книге за 1964 год Понамарёвы имели дом, земельный участок 10 соток, корову, свинью, 10 овец и кур. И, конечно, была пасека из 10 ульев (магическое число). Вообще, в этой истории много совпадений. Но это не выдумки автора. Об этом  говорят документы и живые свидетели.

   Возле дома Наум Васильевич заложил сад. Там росли яблони, сливы, вишня, ирга, жимолость, шиповник и другие культуры. Редкие сорта саженцев привозила Мария из Казани, приезжая в отпуск. С 1950 года дед Наум стал заведовать колхозной пасекой. Начав с 10, постепенно увеличил её до 50 пчелосемей. У него была помощница – женщина из колхоза.

   На работу Наум Васильевич ходил пешком за два километра. Поблизости от пасеки он заложил яблоневый сад. Около ста яблонь давали хороший урожай. Яблоки и мёд колхоз бесплатно привозил в детските сады. Когда мы жили в Поддубровном, отец иногда брал меня с собой в поездки по колхозу. Обычно заезжали  в Юшкова. Дед и бабушка всегда угощали мёдом, фруктами и ягодами. Об одной  из таких поездок я написал рассказ «Случай из детства» («Красная звезда» за 7.12.2019 г.).

   Председатель колхоза всячески поддерживал развитие пчеловодства и звероводства. Колхоз им. Ленина дважды был участником Всесоюзной сельскохозяйственной выставки: в 1955 году – по льну и зерновым культурам; в 1957 – по пчеловодству и звероводству.

   Правление колхоза делегировало в Москву  председателя и пасечника. Но дед Наум отказался ехать, сославшись на возраст. На самом деле он не хотел надолго оставлять своё хозяйство (поездка занимала  около двух недель). Из Москвы Науму  Васильевичу прислали медаль участника  ВСХВ, чем он очень гордился. Ещё ему выдали большую премию – тысячу рублей. Конечно, дед гордился и своими детьми, особенно Григорием, внуком Семёном. Между прочим, отец по совету деда  тоже завёл пасеку возле дома. Правда,  из-за большой занятости его на работе,  пчёлами в основном занималась бабушка, пока была жива. К слову, сейчас пчеловодством  занимается мой зять Андрей, живущий в Тобольске.

   Бывшие юшковцы, а ныне поддубровинцы Николай Андреевич Шипицын и Зоя Ивановна Созонова (Шипицына) добрым словом вспоминают дружную семью Пономарёвых.

   Будучи подростками, они бегали в сад рвать яблоки. Если дед Наум замечал их, не ругал, а говорил: «… вы лучше попросите, я сам вам нарву сколько надо». Несмотря на перенесённые лишения и страдания он не озлобился, оставался добрым и человечным. Очень любил детей, внуков и правнуков, которых было много. После смерти любимой Сани в 1960 году Наум проживал в своём доме с сыном Андреем и его семьёй. Ему он завещал дом со старинными иконами в красном углу и всё хозяйство. Дом стоит на прежнем месте, хоть и сильно обветшал. Сейчас в нём зимуют пчёлы.

   Известный пчеловод-садовод Наум Васильевич Пономарёв скончался  в январе 1973 года, 10 дней не дожив до 94 лет. Ушёл большой труженик, талантливый  самородок, патриот своей малой родины. Давно уже нет колхозного сада, пасеки,  да и самого колхоза. Но жива пасека возле старого дома. И ульев на ней не 10, а значительно больше. Сегодня там хозяйничают Любовь Андреевна и Виктор Григорьевич Павины  – потомственные пчеловоды. Недавно я побывал у них в гостях и, конечно, на юшковском кладбище…

  (г. Ишим)

Автор: Станислав Плесовских,