Живёт в глубинке семья…

   По-своему красивы российские деревеньки. И не только природой: увалами и озёрами, бескрайними лесами и ельниками, но и людьми, которые издавна здесь живут. Особая атмосфера, пропитанная историческим прошлым, трудолюбивый народ, запах сена, традиционные сибирские пятистенные и крестовые дома, ставни с резными наличниками – всё это тот самый деревенский мир, знакомый нам с детства.

   Одна из самых отдалённых территорий Викуловского округа – Ермаковская, таёжный самобытный край. Жители - преимущественно потомки белорусских переселенцев, пришедших сюда в конце 19-го века в поисках свободной земли. Они бережно хранят прежние обычаи и культуру, гордятся своей историей и бесстрашными предками, которые основали у реки Тенис крепкие населённые пункты, осваивая целину, вручную выкорчёвывая вековые деревья.

                                               Семья – Божий дар        

   Деревенская жизнь вроде бы и простая на первый взгляд, но «копни глубже», и увидишь, что устроена она сложно, состоит из многолетнего опыта, умений и знаний, передающихся от поколения к поколению. Люди здесь мудрые, гостеприимные и открытые в общении, не прячут свои эмоции, а показывают их такими, какие они есть.

   Вот и в деревне Осиновке, что находится от Ермаков в двух с половиной километрах и в шестидесяти шести от окружного центра, живёт такая добрая, позитивная семья - Геннадия Михайловича и Зои Петровны Юрковых. Земляки положительно характеризуют эту пару, ведь вместе они уже больше полувека. В январе прошлого года Юрковы отметили золотую свадьбу. Их совместные годы промчались в трудах и заботах, воспитали четверых детей. Сейчас Геннадию Михайловичу семьдесят лет, а его супруге – шестьдесят восемь, но они по-прежнему не теряют оптимизма и не сидят без работы.

   Гостей встретил просторный ухоженный дом с деревянными узорами над окошками. Расположился он у самого въезда в Осиновку. А дома ожидала приветливая хозяйка. На стенах – висят большие и маленькие портреты. На них – дружная семья Юрковых.

  - У нас всё хорошо, - с улыбкой начала рассказывать Зоя Петровна. – С мужем мы дружно живём! Дети у нас самостоятельные, у них свои семьи, навещают. Они нам помогают чем могут, мы – им.

   С первых минут беседы стало понятно: когда человек никого не осуждает и ни на кого не жалуется – у него все хорошие - это значит, что и у него самого внутри сияет солнце. Юрковы – из тех людей, кто ценит то, что имеет. Хозяина дома мы не застали: у любого деревенского мужчины полно хлопот во дворе. А может быть, он поскромничал и нароком затерялся в лабиринте надворных построек? Такое тоже бывает. Но Зоя Петровна смело взяла на себя миссию рассказчицы, радушно приняла гостей и охотно стала делиться биографией своей семьи - без прикрас.

   Как живётся сегодня исконным деревенским жителям? В хозяйстве Юрковых осталось пять свиней, тридцать курей, десять лошадей. Помогают детям мясом, отправляют в город. По нынешним меркам, когда сельское население всё меньше желает заниматься животноводством, их подворье довольно крепкое. Для заготовки сена есть необходимая техника: тракторы, пресс. В Осиновке живёт сын Дмитрий. Две семьи объединили усилия и ведут хозяйство сообща.

   А раньше у Юрковых было ещё больше живности. Сейчас огород – двадцать соток, в прошлом же сажали пятьдесят! Трудились на благо семьи. Семья всегда была для них самым ценным сокровищем. Недавно хозяйство убавили, коров пришлось сдать – всё-таки возраст уже не позволяет трудиться с былым размахом. Всего у Геннадия Михайловича и Зои Петровны десять внуков и трое правнуков – таких бабушек и дедушек называют богатыми.

   - Семья у нас большая, - продолжает наша собеседница. – Двадцать три человека! Дети - Наталья, Олеся, Евгений - живут в городе Тарко-Сале на севере. А Дмитрий - напротив нас. На север ездит работать - вахтами. Дома разводит коней. Он в родителей пошёл – деревенский, захотел на малой родине остаться. Мы-то с мужем оба осиновские, знали друг друга с детства. Гена любит работать, дома не засиживается. Когда колхозы были, работал трактористом. Стаж у него большой – тридцать с лишним лет. Я техничкой работала в начальной школе и на ферме. За всё время совместной жизни муж мой худого слова мне не сказал. Стараемся не ругаться, уступаем друг другу, хотя в основном иду на уступки я. И детей учу, чтобы дорожили своими половинками!

                                           Эта «Свеча» не сгорает

   В старину село всегда считалось центром приходской жизни, а деревней называли маленькое селение в несколько дворов без церкви. Вот и в центральной усадьбе этой территории - Ермаках – до 1937 года действовал храм Святителя Николая. Но не там, а именно в небольшой деревеньке Осиновке, где своего храма не было, сохранился уникальный обряд белорусов-переселенцев «Свеча», который теперь знаменит на всю Россию. Суть его заключается в том, что на Рождество старинную икону «Воскресение Христово» переносят из одного дома в другой, где она будет находиться в течение года. При этом выбирают жильё наиболее уважаемых жителей деревни. 

   Сегодня «Свеча» - единственный сохранившийся в Сибири пример обрядового комплекса переноса иконы. Благодаря этому объекту нематериального культурного наследия в неприглядную с виду деревню едут верующие из других регионов. Поговорили мы с Зоей Петровной и о жемчужине народного сибирского иконописного промысла. Кому как не этой женщине говорить об иконе, которая жила в доме её бабушки, затем мамы Евдокии Егоровны, а потом и у неё самой…Православная святыня помещена в специальный шкафчик с голубыми ставнями — киот с ножками, что делает её похожей на небольшое окошечко с распахнутыми ставенками. Это символическое окно в мир минувших времён, традиций и устоев предков, у которых отнимали веру, да так и не отняли.

   - У нас икону эту сто лет уж носят из двора во двор, - рассказывает Зоя Петровна то, что знает об обряде. - Привёз её в наши края мужчина из Тобольской губернии – Иван Ковальков, примерно в начале прошлого века. В Ермаках тогда была церковь. Когда начали её громить, наши бабки местные икону-то эту выкрали, чтоб не пострадала она. Принесли её к бабе Марине в амбар, спрятали: она на краю Осиновки жила. Долго искали икону большевики – всё прощупывали, штыками тыкали, но не нашли. Так и пролежала она год в том амбаре, среди шмоток да клюквы. Мои дедушка и бабушка были самоходами из Белоруссии. Они мне эту историю рассказали. Стали потом эту икону из двора во двор носить, чтобы она год у одних людей жила, год у других – так должна у каждого в доме побывать благодать. Да и боялись ещё власти, надо было прятать, сохранять. С тех пор и продолжаем мы, потомки тех верующих, старую традицию. Каждый год седьмого января совершаем перенос иконы. Вот нынче возьмите -  народу сколько тут собралось на Рождество! Угостить же всех нужно, кто желает: шесть застольев мы собирали. И ведь в любое время каждый может приехать сюда, зайти в тот дом, что икону принял, помолиться.

   По воспоминаниям Зои Юрковой, раньше возвращения иконы в дом ждали десятилетиями – деревня была большая. А теперь от встречи до встречи всего четыре года проходит. Хозяйке кажется: пролетает это время быстро. Осталось-то в Осиновке всего восемь домов, двадцать пять жителей. А ведь ещё в 2019 году, когда редакция приезжала снимать этот обряд и писать объёмный материал, домов было двенадцать… Теперь «Воскресение Христово» берут только жильцы четырёх усадеб. Это большая ответственность – взять к себе древнюю икону. Не каждый соглашается, ведь будут ехать к ней люди, из разных уголков страны.

   Сейчас икона находится в доме сына Зои Петровны. У Дмитрия Юркова трое сыновей, младший Влад учится в девятом классе. Дом Дмитрия стоит напротив родительского. Так и живут отец и сын рядышком, вместе хозяйство ведут.

   - Наш дом построил муж сорок лет назад, - объясняет Зоя Юркова. – Гена умелец у меня, сам печки кладёт, приучил к труду и детей. Нынче нашего сына была очередь икону принимать. Паломники у ней в основном здоровья просят. Едут из Сургута, Надыма, Нижневартовска… Говорят, и правда «Воскресение Христово» чудодейственное, примеры приводят, когда по молитвам этой иконе отступали болезни или приходило облегчение в них. Я и сама всегда ей молюсь. Вполне своей жизнью довольна.

   - А что чувствуете, когда икона возвращается в ваш дом? – спрашиваю.

   - Радость, - отвечает Зоя Петровна. – И защиту. Икона берёжёт нашу семью и всю деревню от всякого зла!

                                       Подарить тепло семейного очага

   На момент приезда журналистов в доме Зоя Петровна находилась не одна – с парнем лет сорока на вид. Это Саша, его возможности здоровья ограничены. Выяснилось, живёт он здесь уже двадцать пять лет, а родом - из Новосибирска, приходится братом мужу племянницы Зои. Но как получилось, что парень этот оказался у Юрковых? Зоя Петровна призналась: приютила парнишку у себя. С трёхлетнего возраста Саша остался сиротой. Жил – по родственникам: то у одних поживёт, то у других. Так и скитался, пока не обрёл дом в Осиновке. На тот момент он уже был взрослым парнем.

   Саша называет Зою Петровну и Геннадия Михайловича мамой и папой. Да и женщина не скрывает: он им как родной сын, за столько лет привыкли друг к другу. По хозяйству бывший горожанин хороший помощник: крестьянским работам обучился быстро. Он и дома приберёт, и скотину накормит. И теперь, когда родные дети разъехались, этот «ребёнок» всегда при родителях.

   - Умный у нас хлопец, - хвалит Сашу Зоя Петровна. – Знаете, какая у него память хорошая? Все номера телефонные знает наизусть! И сила есть в руках. Не повезло только ему в детстве, оттого вот так всё сложилось у него в судьбе. Помню - привезли его в деревню – нежданно-негаданно. Пусть, говорят, у вас поживёт! Ну пусть живёт, жалко нам что ли? По характеру Саша добрый, спокойный. Вот и прижился тут, мы его полюбили.

   Такие люди, как Зоя Петровна, с позитивным отношением к жизни, не остаются равнодушными, если видят, что кто-то из их окружения переживает трудности. Они поддерживают, находят слова утешения и совершают действия, которые помогают нуждающимся справиться с ситуацией. Своим благородным поступком Зоя Петровна не кичится. Не рассказывала, что да как, пока мы сами не спросили… А ведь такие жесты заслуживают внимания.

                                         Малая родина – вечная любовь!

   Не секрет, что небольшие, отдалённые деревни распадаются чаще всего. Особенно теперь, в век информационных технологий. Жители бросают свои насиженные годами места и отправляются в пункты покрупнее, поближе к цивилизации. В Осиновке теперь тоже нет ни школы, ни магазина…

   - Не скучно вам тут? – напоследок интересуюсь у Зои Петровны.

   Она поняла, о чём я, но вопрос её не смутил.

   - Да что нам этот магазин, - улыбаясь, отвечает. – Ну нету и нету. У нас всё своё! Хлеб сами стряпаем. Молоко возят из Каргалов. Макароны, крупы – так это всё в Ермаках есть. Надо нам что-то купить – едем в Викулово, там покупаем. Стараемся всего набирать впрок. Дети приезжают в гости – тоже привозят продукты. Мы ни в чём не нуждаемся, это правда.

   Жителям шумных городов трудно представить, в каких прекрасных местах и при этом непростых условиях живут многие их соотечественники. Но те не мечтают о другом мире. По крайней мере, семья Юрковых уж точно. Обычно народ из мелких селений высказывает недовольства, сетует отсутствием аптек, торговых точек, фельдшерско-акушерских пунктов. Бывает, жители более крупных населённых пунктов, где есть участковые больницы, почтовые отделения, школы, детские сады и Дома культуры, говорят о том, что жить вдали от окружного центра им не комфортно. У Зои Петровны на этот счёт другое мнение. Она сразу обозначила, что не хотела бы менять место жительства: в Осиновке жили её предки, она сама родилась здесь и детей вырастила, теперь и внуки тут. Для чего куда-то переезжать со своей земли? Слушаю, удивляюсь. Не каждый умеет так любить жизнь!

   А она меж тем продолжает свой нехитрый, живой рассказ о деревенском житье-бытье. Чувствуется в нём и искренность, и благодарность судьбе, и неподдельная любовь к малой родине:

   - Осенью по грибы ходим, - говорит Зоя Петровна. - Больше всего опят люблю брать. Да вот жалко: в последнее время меня здоровье подвело, нога сильно болит. Но это ничего, передвигаюсь же, хожу – и на том спасибо. В Ермаках про меня говорят: не унывает! А зачем унывать? Разве на то нам жизнь дана?..